Главная Язык, коммуникация и социальная среда Регистрация

Вход

Приветствую Вас Гость | RSSСреда, 13.12.2017, 19:41
Menu

Links / Ссылки
  • Воронежский государственный университет
  • Сайт профессора Кашкина
  • Сборники под редакцией проф.В.Б.Кашкина
  • Теоретическая и прикладная лингвистика
  • Аспекты языка и коммуникации
  • Коммуникативное поведение
  • Введение в теорию коммуникации
  • Кафедра теории перевода и межкультурной коммуникации ВГУ

  • А.П.Сбитнев. Гендер как фактор влияния на лексико-семантические замены в переводе

    А.П.Сбитнев

    Гендер как фактор влияния на лексико-семантические замены в переводе

    В статье утверждается зависимость выбора лексико-семантической замены от фактора гендера Автор убеждается в этом, анализируя переводы немецких классических произведений, выполненных как мужчиной, так и женщиной-переводчиком.

    The article is focused on establishing the connection between the choice of lexico-semantic substitute and the gender factor. The author proves this on the basis of his analysis of some German classical literary works, translated by both men and women-translators.

    Изучение того, как фактор гендера влияет на выбор языковых средств в различных языках, является новой областью исследования в отечественной лингвистике. Гендерно ориентированные исследования на материале нескольких языков находятся на начальной стадии и в мировой лингвистике. Поэтому нужно наращивать знания о гендере путем сравнительного анализа нескольких языков, чтобы способствовать развитию теории гендера в преподавании иностранных языков, лингвистике и переводоведении, чтобы сделать перевод с одного языка на другой более точным. Предметом нашего исследования является изучение воздействия фактора гендера на лексико-семантические замены в переводе. Мы проводили анализ генерализации и конкретизации в переводе одних и тех же произведений немецкой классической литературы, выполненном как мужчиной, так и женщиной-переводчиком, предположив, что эти лексико-семантические замены напрямую связаны с различиями в речемыслительной деятельности мужчины и женщины, восприятием и пониманием ими речевого высказывания, механизмами конкретного и абстрактного мышления.

    Лексико-семантические замены достаточно хорошо изучены в отечественном переводоведении. Конкретизацию, генерализацию и замены, основанные на причинно-следственных отношениях, Л. С. Бархударов относит к лексическим заменам в переводе. По мнению Л. С. Бархударова, используемые при переводе лексические единицы не являются словарными эквивалентами заменяемых, то есть, взятые изолированно, они имеют другое референциальное значение, чем передаваемые ими в переводе единицы (Бархударов 1975: 174).

    Под конкретизацией Л. С. Бархударов понимает замену слова или словосочетания исходного языка с более широким референциальным значением словом или словосочетанием переводимого языка с более узким значением (Там же). Причины использования конкретизации в переводе он видит в расхождении строя двух языков. В ПЯ может отсутствовать лексическая единица, имеющая такое же широкое значение, что и передаваемая единица в ИЯ; либо лексические единицы ПЯ и ИЯ имеют различные стилистические характеристики. Необходимость конкретизации может вызывать различный грамматический строй ИЯ и ПЯ.

    Генерализацией Л. С. Бархударов называет явление, обратное конкретизации, – замену единицы ИЯ, имеющей более узкое значение, единицей ПЯ с более широким значением.

    В. Н. Комиссаров причисляет конкретизацию, генерализацию и модуляцию (смысловое развитие) к лексико-семантическим заменам в переводе – способу перевода лексических единиц оригинала путем использования в переводе единиц ПЯ, значение которых не совпадает со значением исходных единиц, но может быть выведено из них с помощью определенного типа логических преобразований (Комиссаров 1999: 167).

    Под конкретизацией В. Н. Комиссаров понимает замену слова или словосочетания ИЯ с более широким предметно-логическим значением – словом и словосочетанием ПЯ с более узким значением. В результате применения конкретизации создаваемое соответствие и исходная лексическая единица оказываются в логических отношениях включения: единица ИЯ выражает родовое понятие, а единица ПЯ – входящее в нее видовое понятие (Там же).

    По мнению В. Н. Комиссарова, конкретизация вызывается отсутствием в ПЯ слова с таким же широким значением. Иногда родовое название на языке перевода не может быть использовано из-за расхождения коннотативных компонентов значения. Несмотря на наличие в языке перевода слова со столь же широким значением и соответствующей коннотацией, конкретизация может применяться из-за разной степени употребительности слов в сравниваемых языках.

    Генерализацию В. Н. Комиссаров определяет как замену единицы ИЯ, имеющей более узкое значение, единицей языка перевода с более широким значением. Создаваемое соответствие выражает родовое понятие, включающее исходное видовое.

    А. Д. Швейцер для дифференциации различных видов семантических трансформаций пользуется традиционной схемой семантических отношений в семасиологии, где различаются гипонимические, гиперонимические, метонимические и метафорические отношения (Швейцер 1988: 144). Для обозначения одного и того же объекта могут быть использованы языковые единицы более узкого, конкретного значения (гипонимы) и единицы более широкого, абстрактного значения (гиперонимы). Трансформацию, при которой гипероним заменяется гипонимом, А. Д. Швейцер называет гипонимической, cоответствующий термин для нее у Л. С. Бархударова и В. Н. Комиссарова – «конкретизация». Трансформацию противоположного направления (от гипонима к гиперониму) он называет гиперонимической, Л. С. Бархударов и В. Н. Комиссаров – соответственно, генерализацией. Побудительными причинами трансформаций на референциальном подуровне А. Д. Швейцер считает избирательность языка по отношению к явлениям внеязыкового мира, то есть, например, наличие в одном из языков так называемых широкозначных слов – слов с широким, недифференцированным значением, имеющих, как правило, целый ряд иноязычных соответствий, обозначающих более конкретные, частичные понятия (Там же). К таким причинам А. Д. Швейцер относит расхождения в структуре семантических полей, в сочетаемости языковых единиц, в способах выражения коммуникативной структуры высказывания, стилистические факторы.

    В нашем исследовании мы использовали перевод произведений немецкой классической литературы Вильгельма и Якоба Гримм и Вильгельма Гауфа, если были в наличии тексты перевода одного и того же произведения, сделанные как переводчиком-мужчиной, так и женщиной. В таком случае мы добивались, чтобы такие исходные лингвистические параметры, как сочетаемость языковых единиц, их стилистическая окраска и коммуникативная структура текста, были одинаковыми для выполнения лексико-семантических трансформаций как мужчиной, так и женщиной. Среди анализируемых – переводы произведений Вильгельма и Якоба Гримм «Король-Дроздобород» и «Белоснежка и Краснозорька», Вильгельма Гауфа «Холодное сердце», «Карлик-Нос», «Калиф-аист», «Маленький Мук» переводчиков Г. Петникова, С. Апта, М. Салье, Т. Габбе, И. Татариновой, А. Любарской, Н. Касаткиной и С. Шлапоберской.

    При анализе мы использовали технику выполнения гипонимических и гиперонимических трансформаций, которая описана А. Д. Швейцером. Если к значению добавляли дифференциальную сему, то есть сему, отличающую значение исходной единицы от ее иноязычного эквивалента, то происходила его конкретизация (сужение), а при ее опущении – генерализация (расширение) (Швейцер 1988: 131).

    К конкретизации прибегает как Г. Петников, так и Т. Габбе в переводе «Короля-Дроздоборода», например:

    1. «Einmal ließ der König ein grosses Fest anstellen und ladete aus der Nähe und Ferne die heiratslüstigen Männer ein» (Br. Grimm 1965: 226).

    2. «Велел однажды король устроить большой пир и созвал отовсюду, из ближних и дальних мест, женихов, которые хотели бы за нее посвататься» (Г. Петников) (Бр. Гримм 1993: 286).

    3. «Он велел устроить пышное празднество и созвать из дальних краев и соседних городов всех молодых людей, еще не потерявших надежду понравиться королевне и добиться ее благосклонности» (Т. Габбе) (Бр.Гримм 2004: 49).

    Более абстрактному понятию, выраженному немецким словосочетанием aus der Nähe und Ferne, нет точного соответствия с таким широким предметно-логическим значением в русском языке, поэтому оба переводчика были вынуждены прибегнуть к более конкретному переводу: «из ближних и дальних мест» Г. Петников и «из дальних краев и соседних городов» Т. Габбе.

    Аналогичную трансформацию предпринимают С. Апт и С. Шлапоберская при переводе широкозначных понятий в «Холодном сердце» В. Гауфа.

    4. «… ihre schwarzen Wämser, ihre ungeheuren, enggefaltenen Pluderhosen, ihre roten Strümpfe und die spitzen Hüte, von einer weiten Scheibe umgeben, verleihen ihnen etwas Fremdartiges, aber etwas Ernstes, Ehrwürdiges» (Hauff 1980: 373).

    5. «… verleihen ihnen etwas Fremdartiges, aber etwas Ernstes, Ehrwürdiges» – «…придают им какой-то необычный, но в то же время какой-то строгий, достопочтенный вид» (С. Апт) (Гофман, Гауф 2004: 449).

    6. «… придают им вид слегка причудливый, но зато внушительный и достойный » (С. Шлапоберская).

    Однако, применяя при сопоставлении переводов семный анализ, мы установили определенные различия, cвойственные Г. Петникову, C. Апту и М. Салье, по сравнению с С. Шлапоберской, И. Татариновой, А. Любарской, Н. Касаткиной и Т. Габбе. Мужчины-переводчики более часто используют недифференцированные понятия с более широким логически-предметным охватом, в то время как женщины-переводчики конкретизируют эти понятия, наделяя их добавочными признаками. Ниже мы приводим количественную характеристику процессов генерализации и конкретизации, обнаруженных у мужчины-переводчика в сравнении с женщиной-переводчиком.

     

    «Холодное сердце»

     

    Переводчики

    Генерализация (установленное количество процессов)

    Конкретизация (установленное количество процессов)

    С. Апт

    13

    14

    С. Шлапоберская

    6

    51

     

    «Карлик-Нос»

     

    Переводчики

    Генерализация (установленное количество процессов)

    Конкретизация (установленное количество процессов)

    С. Апт

    10

    24

    М. Салье

    8

    22

    И. Татаринова

    3

    77

     

    «Калиф-аист»

     

    Переводчики

    Генерализация (установленное количество процессов)

    Конкретизация (установленное количество процессов)

    С. Апт

    7

    17

    А. Любарская

    6

    37

    Н. Касаткина

    3

    43

     

    «Маленький Мук»

     

    Переводчики

    Генерализация (установленное количество процессов)

    Конкретизация (установленное количество процессов)

    С. Апт

    2

    7

    М. Салье

    5

    5

    Н. Касаткина

    2

    26

     

    «Белоснежка и Краснозорька»

     

    Переводчики

    Генерализация (установленное количество процессов)

    Конкретизация (установленное количество процессов)

    Г. Петников

    4

    2

    Т. Габбе

    2

    19

     

    «Король Дроздобород»

     

    Переводчики

    Генерализация (установленное количество процессов)

    Конкретизация (установленное количество процессов)

    Г. Петников

    1

    4

    Т. Габбе

    0

    9

     

    7. «… auch hätte man in der Stadt nicht gewußt, ob er lebe oder gestorben sei, denn er ging nur alle vier Wochen einmal aus, wenn nicht um die Mittagsstunde ein mächtiger Dampf aus dem Hause aufgestiegen wäre; doch sah man ihn oft abends auf seinem Dache auf und ab gehen, von der Straße glaubte man aber, nur sein großer Kopf alleine laufe auf dem Dache umher» (Hauff 1980: 347).

    8. Перевод С. Апта:

    «… в городе не знали, жив ли он или умер, – ведь выходил он только раз в месяц, если бы не густой дым, поднимавшийся в полдник из его дома. Впрочем, по вечерам часто видели, как он прогуливается по своей крыше, но с улицы казалось, что по крыше передвигается одна только его большая голова» (Гофман, Гауф 2004: 357).

    9.Перевод Н. Касаткиной:

    «… на улицу он показывался всего лишь раз в месяц, и в городе никто бы не знал, жив он или умер, если бы в обеденное время из трубы его дома не валил дым; правда, по вечерам он нередко прогуливался по крыше, а с улицы казалось, будто по крыше катается одна его огромная голова»

    Переводя ausgehen как «выходить» С. Апт использует более широкозначный глагол, чем Н. Касаткина («показываться»), так как в русском языке «выходить» означает не только «уйдя, удалившись, оставить пределы чего-нибудь, покинуть что-либо», но и «уйдя откуда-нибудь, появиться, оказаться где-нибудь» (Ожегов, Шведова 2001: 113). Cходные значения имеет и немецкий глагол ausgehen: 1) zu einem bestimmten Zweck die Wohnung, das Haus verlassen; 2) sich (zu einem bestimmten Zweck) an einen Ort begeben (Duden 1985: 94). То есть, переводя ausgehen как «показаться», «появиться», Н. Касаткина применяет конкретизацию.

    Используемые для перевода ausgestiegen wäre C. Аптом «подниматься» и Н. Касаткиной «валить», согласно классификации Л. С. Бархударова, находятся в отношении частичной эквивалентности, так как общей для обоих глаголов является сема перемещения в пространстве, а различают их характерные для «валить» семы «равнонаправленного, как вверх, так и вниз, а также чего-либо в большом количестве движения» (Ожегов, Шведова 2001: 68).

    Cравнивая перевод umherlaufen «передвигаться» у С. Апта с «кататься» у Н. Касаткиной, устанавливаем генерализацию у С. Апта при передаче глагола движения, так как в семантической структуре лексемы umherlaufen присутствует сема «быстрого движения», а «кататься» – «скользящего или вращательного движения».

    Если сравнивать перевод «Холодного сердца» В. Гауффа, сделанный С. Аптом и С. Шлапоберской, то у С. Шлапоберской очень часто можно встретить более конкретный перевод глаголов движения.

    10. «Hab jetzt lang genug hier Holz gehackt, und so möchte ich auch sehen, wohin meine Stämme kommen, und wie wär es, wenn Ihr mich mal auf den Floß ließet» (Hauff 1980: 384).

    11. Перевод С. Шлапоберской:

    «Хватит уж мне рубить лес, хочу я наконец поглядеть, куда уплывают мои бревна, – что, коли Вы и меня отпустите с плотами».

    12. Перевод С.Апта:

    «Довольно мне рубить лес, хочу поглядеть, куда идут мои бревна, не отпустите ли меня разок с плотами?» (Гофман, Гауф 2004: 460).

    Немецкий глагол kommen и его перевод С. Аптом «идти» более широкозначны, в то время как С. Шлапоберская использует при переводе лексическую единицу с семой средства передвижения «уплывать».

    13. «Von da an war den Burschen im Schwarzwald Holland das Paradies und Holländer Michel ihr König, die Holzherren erfuhren lange nichts vom dem Handel, und unbemerkt kam Geld, Flüche, schlechte Sitten, Trunk und Spiel aus Holland herauf» (Hauff 1980: 387).

    14. C. Шлапоберская:

    «С той поры и стала Голландия раем шварцвальдских парней, а Голландец Михель – их повелителем; лесоторговцы долгое время не знали об этой тайной торговле, и мало-помалу сюда, в верховья Рейна, стали притекать из Голландии деньги, а с ними сквернословие, дурные нравы, игра и пьянство».

    15. С. Апт:

    «С тех пор Голландия стала раем для шварцвальдских парней, а Михель-голландец был у них за царя. Лесопромышленники долго ничего не знали об этой торговле, и незаметно пришли сюда из Голландии деньги, сквернословие, дурные нравы, пьянство и картежничество» (Гофман, Гауф 2004).

    Аналогичным образом С. Шлапоберской переводится глагол kommen – «притекать», в то время как и в оригинале, и у С. Апта способ передвижения остается недифференцированным: kommen – «приходить».

    Проанализировав перевод глаголов движения С. Аптом и С. Шлапоберской во всем произведении, мы пришли к выводу, что для С. Шлапоберской в целом характерна конкретизация их при передаче на русский язык.

    Wieder heraufwandeln: C. Апт – «возвращаться» / С. Шлапоберская – «возвращаться пешком» (далее также первым будет дан перевод С. Апта, а затем – С. Шлапоберской).

    Erscheinen – «выйти» / «появиться».

    Erreichen – «взойти» («идя, подняться наверх») / «взобраться» («забраться вверх с усилием»).

    Кommt – «идет» / «бредет» («идет с трудом или тихо»).

    Ging weiter – «пошел дальше» / «отправился дальше».

    Rannte hinaus – «выбежал» / «бросился прочь» («быстро устремился»).

    Ging – «пошел» / «отправился».

    Ging – «ушел» / «скрылся» («ушел откуда-нибудь незаметно»).

    Laufen – «выйти» / «выбежать».

    Ging – «пошел» / «возвратился».

    Hervortreten – «выйти» / «выступить» («отделившись, выйти, выдаться вперед»).

    Sich erheben – «подняться» / «взмыть» ( «высоко взлететь»).

    Heimgehen – «возвратиться», «плестись», («идти медленно, вялой походкой»).

    Lief – «побежал» / «помчался» («очень быстро побежал»).

    Lief weiter – «побежал дальше» / «понесся дальше» («двигался вперед с большой скоростью»).

    Fuhr – «пустился» / «помчался» ( «очень быстро поехал» ).

    Kam – « пришел » / «явился».

    Fuhr umher – «разъезжал» / «колесил»(«много ездил по разным направлениям»).

    Lief umher – «обходил» / «бегал».

    У С. Апта можно привести лишь некоторые случаи конкретизации глаголов движения: hinter j-m hergehen – «увязаться за кем-либо» («пойти, неотступно следуя за кем-либо

    Календарь
    «  Декабрь 2017  »
    ПнВтСрЧтПтСбВс
        123
    45678910
    11121314151617
    18192021222324
    25262728293031

    Current Statistics / Статистика

    Онлайн всего: 1
    Гостей: 1
    Пользователей: 0

    Search

    Counters
    Page Ranking Tool

    Visitors / Посетители


    Copyright MyCorp © 2017Бесплатный конструктор сайтов - uCoz